Звучать всем телом


Звучать всем телом, открывая для себя свои возможности / Интервью с Александром Коско.


Справка: А. Коско занимается практиками самопознания с 1986 года. Имеет более 20-ти лет опыта в телесно-ориентированных, боевых и медитативных практиках. Александр посвятил свою профессиональную деятельность и знание психологии человека: развитию методик раскрытия природного голоса; раскрепощению тела через движение; развитию творческого мышления; управлению своим внутренним состоянием. Более четверти века занимается восточными и западными методиками самопознания: от медитативных и телесно-ориентированных до театрально-творческих.


Р. Я слышала о том, что работа с голосом позволяет расслаблять дыхание и даже расслабляться после стресса, что у людей, поющих вместе с другими, уровень гормонов стресса снижается, а уровень окситоцина повышается. И я как специалист по терапии травмы очень заинтересована в освоении таких практик. Да, мы обращаемся в ходе психотерапии травмы к чувствам, ощущениям, образам, мыслям, мы даже можем что-то делать, но мы не танцуем, не рисуем, не поём, а хотелось бы освоить и другие способы преодоления стресса, травматического опыта. Такие, которые любой человек может использовать в любое время, не обращаясь к помощи других людей.


А. То есть обучать инструментам работы с голосом других людей. Да, работа с голосом способна трансформировать. У меня был очень знаковый случай в начале преподавания. Я заменял своего учителя тайцзицюань. На занятие приехал в ужасном состоянии, так как за пару часов до этого произошел еще один теракт в автобусе в Тель-Авиве. Все надеялись, что террористические атаки уже позади. Появилась надежда, а тут она рухнула. Половина людей не приехала, а те, кто добрался, в глаза друг другу не могли смотреть. И я даже сам не понимаю, как в том возрасте я смог принять это решение. Я предложил сделать звуковую медитацию, спонтанное пение. Мы звучали с закрытыми глазами, и я чувствовал, как через пение мы выплакивали это горе. После этой практики группа смогла работать.

Я думаю, почему это работает. С младенчества дети выражают себя через голос, зовут на помощь, общаются. У взрослых не принято звать на помощь, плакать, кричать не принято. Стресс, боль, ощущение беспомощности заперты внутри. Доступа к освобождению для нервной системы почти нет. Мелкие группы мышц, связанные с эмоциями, и создают мышечный панцирь. Мне кажется, что я объясняю какие-то базовые вещи. Дыхание связано с мышцами, контролирующими эти процессы. Если человек подавляет дыхание, то пропадает и крик.

Чаще люди дышат не полной грудью. Скованность грудной клетки, ригидность этих мышц однозначно связаны с контролем первичных реакций на боль. И здесь в помощь все телесно-ориентированные методы психотерапии. Чем хороша работа с голосом? Тем, что все нюансы слышны сразу, специалист слышит, что не хватает определённых ноток, длины, глубины, мягкое нёбо недостаточно поднимается, и нет доступа к определённым чувствам, к выражению определённых чувств. Для меня это не только голосовая, но и телесная работа. Возможно, что в групповой работе, в резонансе, отражая кого-то из группы через голос, человек попадает в те состояния, в которых можно выразить застрявшую в его теле эмоцию. Это то, что касается эффективности групповой работы. В индивидуальной работе нужны ещё какие-то упражнения, например, работа с нёбом, с областью глаз, с мимикой, с дыханием, не только с голосом.

Я в большей мере веду социальную работу с голосом.


Р. Социальную работу?


А. Мой тренинг меньше певческий, в нём меньше спонтанных эмоций. Скорее инструменты для заземления эмоций, центрирования в теле. Я чаще работаю с осознанием, с контактом, с дыханием. С пониманием, как зарождается и куда направляется голос. Это нужно для улучшения общения, поэтому называю свой тренинг социально-психологическим. В итоге люди приходят к своему природному голосу, вот там и находится «доступ к чувствам».

А эффект катарсиса чаще возникает там, где занимаются интуитивным пением.

Понятно, что часть стресса, например, застревает в челюсти. И так просто её не разжать, даже пением. В этом случае необходима работа и с мышцами и с убеждениями.


Р. Интересно. Стоматологи говорят о том, что большая часть людей живёт с зажатой челюстью, и от этого искривляются и стираются зубы. А зажатость челюсти у ребёнка ведёт к нарушению развития зубов. Тогда стоматологи ставят пластины для восстановления, так сказать, естественной среды роста и существования зубов и челюсти. Ко мне часто обращаются клиенты с жалобами на напряжение в челюсти. Мы работаем с этим напряжением, но паттерн меняется не быстро. Если эта зажатость возникла в детстве, то зажим приходится удерживать во внимании довольно долго. Даже у себя я иногда замечаю, что челюсть вдруг зажалась. И если вы дадите рекомендации, как можно справиться с зажимом, будет здорово. Надо ли контролировать свободу челюсти. Если зажатая челюсть – симптом контроля, то тогда получается, что мы контролируем контроль


А. Это не то, что нужно контролировать. Этот зажим жёстко фиксирует не только челюсть, но и дыхание, перистальтику, влияет на низ тела, на тазовые органы, на свободу движения в ногах. Сказывается на пищеварении, дефекации.

То, что иногда расценивается как волевая челюсть, есть не что иное, как сильный зажим. При обычной речи, кроме беглой, зазор между зубами открывается на палец. Это и есть признак свободы. У большинства людей этот зазор меньше. Результат этого – цежение сквозь зубы. Работая через голос, человеку легко показать, что у него качество голоса снижено. У человека, говорящего сквозь зубы, появляется скрытое раздражение. Он не проявляет свои чувства полностью. Зажатые зубы контролируют в первую очередь выражение гнева, в обществе такой контроль абсолютно оправдан. А подавляемый гнев с точки зрения китайской медицины активизирует меридиан желчного пузыря. То есть при говорении сквозь зубы в организме вырабатывается и накапливается больше желчи.


Р. Поясните про меридиан желчного пузыря


А. Зажим челюсти – первый сигнал чрезмерного контроля выражения гнева. Он его подавляет. Если человек гневлив, то и прекрасно, что он контролирует выброс своего гнева, другое дело, куда он его девает и девает ли куда-нибудь вообще. Сливает ли он куда-нибудь свой адреналин, чтобы челюсть раскрепощалась.

Первый признак чрезмерного напряжения – выпирающие мышцы челюсти, второй более лёгкий – цежение сквозь зубы или недостаточное открытие рта при разговоре. И есть масса техник, от мягких до болезненных, способствующих снятию зажима и освобождению. Есть упражнения, где челюсть болтается, есть массаж по точкам, можно медленно открывать и закрывать, выпячивать и двигать ею. Эти упражнения нужно делать часто, тренируя пластичность мышц. Так как этот зажим привязан к убеждениям по поводу выражения гнева просто даже в голосе, например, лёгкого выражения отстаивания территории словами, то, по-хорошему, это должно идти вместе с психологической работой. Чисто физические упражнения можно делать часто, но они неотделимы от работы с системой убеждений, мировоззрением человека.


Р. Да, я согласна, что психологическая работа необходима, но вот когда она есть, то здесь нужны в дополнение физические усилия. Можете ли вы поделиться конкретными практическими рекомендациями?


А. Например, медленное открывание и закрывание челюсти. Нужно со слегка запрокинутой головой и лучше с закрытыми глазами медленно и очень плавно открывать рот. От двух до трёх минут. Прямо очень медленно. Когда мышца здорова, то появляется грация движения, его плавность.


Р. Прямо медленно-медленно?... Появляется выражение де